Антимафия — мы все про вас знаем!

Купите Ваню, он хороший! Органы опеки очень сытно кормятся за счёт детей

Просмотры: 574     Комментарии: 0
Купите Ваню, он хороший! Органы опеки очень сытно кормятся за счёт детей
Купите Ваню, он хороший! Органы опеки очень сытно кормятся за счёт детей

Годовалого Славика предложили за 100 тысяч рублей. Двухлетнего Витю – за 80 тысяч. А полуторагодовалую Машу – за 150 – у неё голубые глаза, за них попросили доплатить.

Остальные дети шли по совсем уж бросовым ценам: кого выставляли за 40 тысяч, а кого вообще за 20. В последнем случае на лице ребёнка проскальзывали кое-где подозрительные «неславянские» чёрточки, а это уценка, как ни крути.

Почём груднички?

Екатеринбург тогда возмущённо жужжал, как улей. «Они что, совсем офонарели?? Совесть-то есть?!!» – бесновались в соцсетях. Информация, опубликованная в местных СМИ, а потом и в федеральных, действительно была шокирующей: по заявлению ряда приёмных родителей, начальница опеки Орджоникидзевского района Наталья Болотова и юрисконсульт отделения №1 ГКУЗС «Специализированный дом ребёнка» Елена Колясникова предлагали им нечто вроде прейскуранта на детей из дома малютки. Хотите без очереди получить малыша? А без вредных наследственных заболеваний? А до 8 месяцев? (Ребёнок только с этого возраста начинает различать лица людей – Ред.) А без «капли кавказской крови»? И уж совсем нереальное – забрать прямо в день обращения? 80 тысяч рублей, сто, сто тридцать…

После того как делом занялся СК по Свердловской области, Елена Колясникова заявила на голубом глазу: родители, дескать, просто недовольны работой органов опеки и поэтому решили накляузничать. Мол, они сами предлагали деньги, а когда она, Елена Геннадьевна, давала от ворот поворот, начинали возмущаться: как же так, везде в России детей в детдомах и роддомах продают, а тут принципиальные какие нашлись!

Многих тогда резанула эта откровенность про «везде». Как-то не укладывалось в голове. Опека вроде бы должна защищать детей, а не торговать ими. Ладно, в одном городе, да пусть даже регионе есть что-то подобное, из ряда вон выходящее, но зачем же всех очернять? Сотрудники опеки за 20 тысяч рэ по неблагополучным семьям ходят, смотрят, как детки живут-питаются, того и гляди, какой-нибудь папаша в запое или после дозы с топором накинется.

– И накидываются, и обматерить могут, – соглашались в разговоре со мной эксперты, занимающиеся проблемами опеки и попечительства. – Но ведь это везде произойти может, и со всяким может случиться. Вопрос в другом: почему опека вдруг стала «силовым» органом, который «карает». И откуда такие деньги закрутились в этом тихом и безмятежном на первый взгляд мирке с вечно бедствующими многодетными семьями и детьми-сиротами, играющими в углу облезлыми игрушками. Сами же говорили: ходят по семьям за 20 тысяч – и?..

Кукольный театр

Маленький ребёнок захлёбывается слезами, хватается за платье мамы, которая истошно кричит: «Не отдам!!!» Рядом суровые лица полицейских и каменные – сотрудников органов опеки. Сколько таких роликов в сети? Десятки, сотни... В посёлке Тюльпанный (Оренбургская обл.) опека забрала четверых детей из-за отсутствия ремонта в квартире; в городе Коряжма (Архангельская обл.) изъяли полуторогодовалых сестёр-близняшек у родной бабушки и отдали их в приёмную семью в Адыгее; в посёлке Козулька (Красноярский край) забрали семерых малолетних детей из семьи из-за шлепка по попе. Владимирская область, Владивосток, Тула, Хакасия, Астрахань... Комментаторы в шоке: «Изверги! Ужас! Это в наши-то дни??» Поют осанну отцу-одиночке из Рубцовска (Алтайский край) Алымбеку Нарынбаеву, который из квартиры просто вытолкал взашей полицейских и сотрудников опеки, пришедших забирать у него детей.

Сотруднику опеки абсолютно ничего не грозит, даже если он ошибётся раз, другой, третий. Будут сломаны жизни детей, потому что детдом – ужасное место, концлагерь (я знаю, я сам детдомовец), разрушены жизни родителей. Но вот так все устроено: слово опеки – закон, решения её сотрудников не обсуждаются. Показалось что-то им – тут же составляется акт об «отобрании ребёнка», который автоматически подписывается главой местного муниципалитета, в трёхдневный срок ставится в известность прокурор, а в семидневный дело передаётся в суд на лишение родительских прав. Колесо завертелось, и обратного хода, что самое ужасное, нет. Вернуть детей уже не получится. - Александр Гезалов, эксперт по вопросам опеки, директор «Наставнического Гезалов-Центра».

И действительно: зрелища не для слабонервных. Зачем? Почему? Эти вопросы давно уже размазаны разными СМИ, как манная каша по тарелке детдомовца. Всё вроде законно и в то же время вопиющее беззаконие – в одном флаконе. Есть статья 77 Семейного кодекса РФ, позволяющая сотрудникам опеки изымать детей из семьи – в случае «непосредственной угрозы их жизни». И вот за что у матери-одиночки Олеси Уткиной из Санкт-Петербурга, инвалида по слуху, кстати, забрали в начале 2019 года двух детей: пятилетнюю Дашу и двухлетнего Кирилла – по той самой 77-й статье. «В квартире неубранные постели, запах мочи из детского горшка», – написали в акте сотрудники опеки. Чушь какая-то, скажете вы, – забирать детей в детдом из-за неубранной постели?!

Именно так. И об этом вам скажет любой специалист, мало-мальски знакомый с повседневными буднями российской опеки. В раковине грязная посуда, квартира давно не ремонтировалась, игрушек мало, а уж не забитый продуктами холодильник вообще стал притчей во языцех для большинства родителей, к которым может нагрянуть опека. Потому что вдруг сотрудник опеки встал не с той ноги и ему показалось, что в квартире слишком «серо». Или чересчур «голо». Или запах «не тот». Или обои «не те». Всё, абсолютно всё зависит от его оценки – на глазок. В те 10 или 20 минут, что он находится в квартире, он решает судьбу семьи.

– Только 6 процентов детей изымаются из семей в соответствии с Семейным кодексом РФ. Остальные (это 42 тысячи ребятишек) разлучаются с родителями при отсутствии каких-либо однозначных на то оснований, – приводила пугающие цифры сенатор Елена Мизулина, комментируя сложившуюся в органах опеки безрадостную ситуацию.Ей вторила бывший уполномоченный при президенте РФ по правам ребёнка Анна Кузнецова:– В последнее время на 23 процента выросло число обращений с жалобами на работу этих структур… Прокурорские проверки и работа следственных органов дают основания полагать наличие системных сбоев в работе опеки.– Все останется, как было, опека слишком многих кормит, – комментирует громкие заявления один из бывших её работников Сергей В. – Весь низовой уровень муниципалитетов ест с её руки. И поверьте – сытно ест.

Вопрос техники

А колесо может быть квадратным? Более глупого вопроса, кажется, и не придумать. Тогда спросим иначе: а можно объявить ребёнка бездомным и беспризорным, когда он живёт дома с родителями?

Читайте ещё:Саудовская Аравия и Россия намереваются резко сократить добычу нефти

Статистика неумолима: в 90 процентах случаев детей из семей в России забирают именно из-за их беспризорности и безнадзорности. Возиться с 77-й статьёй – это долго и муторно для сотрудников опеки. Собирать документы для суда, обивать пороги инстанций, что-то доказывать. Гораздо проще – и выгодней! – пригласить в квартиру сотрудников полиции. Попросить составить протокол о «безнадзорности и беспризорности ребёнка». И неважно, что рядом стоят очумелые родители, не понимающие, что вообще происходит. Протокол составлен, сына или дочку увозят в детдом. Через несколько дней их можно привезти обратно – вроде как «ситуация разъяснилась», «с безнадзорностью разобрались», «родители отыскались». Это, если те самые «пропащие» родители додумаются хорошенько отблагодарить сотрудников опеки. Ну, а если бог не дал ума для такого поворота дела, то оно может принять иной оборот. Как только ребёнок поступает в детдом, информация о нём сразу заносится в Федеральный банк данных о детях-сиротах. И становится доступной для многих приёмных родителей. В том числе и для тех, кто способен материально скрасить жизнь знакомым сотрудникам опеки. Вопрос лишь в том, как, каким образом лишить родительских прав отца и мать ребёнка, который приглянулся другим людям. Но это, как говорил герой одной из культовых комедий, – вопрос техники.

Не прячьте ваши денежки…

6 утра. Внезапный звонок в дверь. На пороге – незнакомая женщина. «Я – мать вашего приёмного сына, – объявляет она. – Только что вышла из колонии. Хочу забрать своего ребёнка. Минут десять покурю на лестнице, успеете его собрать?».

Так выглядит одна из схем разводки приёмных родителей, ставшая в последнее время настоящим бичом для них. Выбор у родителей небогат: или заплатить озвученную матерью сумму – обычно порядка 300–500 тысяч рублей с надеждой, что та пропадёт в неизвестном направлении, – или отдать ребёнка, к которому уже привыкли, стали считать своим.

– Мамки работают в связке с сотрудниками опеки, те дают адреса приёмных семей, информацию о достатке, вообще о жизни семьи, – рассказывает Сергей В., бывший сотрудник опеки (фамилию попросил не называть). – Схема эта пошла с западных областных центров, где я в своё время работал. Сейчас по ней «трудятся» и на Урале, и в Нижнем Поволжье, да везде.

Особо лакомый кусок для некоторых «специалистов по охране детства» – так официально называются сотрудники опеки – личные банковские счета несовершеннолетних сирот. Государство по закону перечисляет на них каждый месяц определённые суммы, социальные выплаты. Если ребёнок – инвалид, к 4 годам на этом счету у него лежит уже порядка полумиллиона рублей. К третьему классу – миллион.

Такие деньги – и зазря пропадают, недоумевают некоторые «охранники» детства. В результате не так давно СК по Иркутской области возбудил уголовное дело в отношении специалиста отдела опеки по городу Усолье-Сибирское. Она подозревается в совершении более 35 эпизодов преступлений, предусмотренных ч. 3 и ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере). Долгое время опекунша изготовляла и представляла в банк поддельные документы, разрешающие снятие денег со счетов несовершеннолетних сирот. Общая сумма похищенного – 25 миллионов рублей.

Во Владимире был задержан главный специалист отдела опеки управления образования горадминистрации. Он обналичивал принадлежащие детям-сиротам деньги в одном из банков. Крошечную часть снятых денег отдавал сиротам, остальные оставлял себе. Таким образом «охранник» обокрал семерых детей-сирот.

– А есть ещё «вторые» очереди, «звонок другу», – поясняет Сергей. – Это когда мать отказывается от ребёнка в роддоме. Врачи сразу звонят сотрудникам опеки, а те несут весточку своим клиентам, у которых детей нет, а очень хочется. Дальше – «вторая» очередь. Бездетные быстро подают заявку. Хотя обычно надо сначала пройти медкомиссию, получить справку об отсутствии судимости, закончить школу приёмных родителей, лично подать заявление в органы опеки по месту жительства. В «первой» очереди можно простоять и год, и два. Причём в каждом городе своя очередь, иногородних не любят. А тут 500 тысяч рублей – и ты уже завтра идёшь знакомиться с будущим сыном или дочкой.

Временные дети

Здоровый ребёнок приносит мало денег. Поэтому лучше его сделать инвалидом. И не в переносном смысле, а в буквальном. По такой циничной схеме работают, по словам приёмных родителей, некоторые интернаты.

Валерия Аляпина, мама 9 детей, 4 из которых приёмные, рассказывает дикую историю удочерения Карины. Валерия приехала за ней из Подмосковья в Екатеринбург, в дом ребёнка во Вьюхино. В этом доме содержатся дети, от которых родители отказались сразу после рождения. Дети все – инвалиды. Однако взять их в семью практически ни у кого из приёмных родителей на тот момент не получалось. Администрация всеми силами отговаривала мам и пап от «тяжких» последствий. Мол, дети на ладан дышат, у них ужасные заболевания, страшные осложнения.

– Карину до меня хотели взять около 90 семей, и всем отказали, – рассказала Валерия изданию The Insider (признан в РФ иноагентом. – Прим. авт.) – Меня стращали, что я с ней намучаюсь, говорили, что у неё порок сердца и что она вообще чуть ли не сексуально озабочена. Это в четыре-то годика!

Когда Валерия всё-таки правдами и неправдами забрала Карину, выяснилось, что операцию на сердце дочке действительно делали. Но как сказали врачи из НМИЦ им. А. Н. Бакулева, куда мама привезла Карину: руки отсечь бы тем, кто оперировал! Грудную клетку девочке буквально разворотили, разрезали пополам, причём очень грубо, торопливо. Валерия, по её словам, уже тогда заподозрила неладное: порок сердца – он вообще был у Карины изначально? Или вся «операция» была лишь поводом для того, чтобы девочке оформили долгожданную инвалидность

Ежегодно государство выделяет на содержание одного ребёнка с ОВЗ (ограниченными возможностями здоровья) 3 миллиона 732 тысячи рублей. Другими словами, 311 тысяч в месяц. На обычного, без ОВЗ, – 80 тысяч рублей в месяц.– Если детей мало – значит, и ставок мало в детдоме, и премий, и всевозможных надбавок. А ведь многие воспитатели уже в возрасте, куда они пойдут? – поясняет Валерий Басай, руководитель известного на Урале добровольческого движения «Дорогами добра» и организатор первой в России школы для приёмных родителей.

Наказать или подсказать?

Ребёнка зачать – не поле перейти. Мем, набирающий сейчас популярность в соцсетях, как нельзя лучше показывает: а детей-то кто будет делать?

– Если из-за грязной посуды в раковине и бедной обстановки в квартире сотрудники опеки будут продолжать изымать их из семей – рожать много желающих наберётся? – усмехается директор «Наставнического Гезалов-Центра» Александр Гезалов. – По данным Росстата, к декабрю 2021 года за чертой бедности в нашей стране жили около 16 миллионов человек. По сути, все они – будущие «клиенты» опеки. К ним прибавьте ещё молодые семьи, у которых тоже частенько холодильник бывает пуст и кровати в квартире явно не итальянского производства. В сфере опеки нашим государственным органам давно пора перейти с детоориентированного подхода на семейноориентированный. Помогать и защищать надо не ребёнка, а семью в целом! Нужно найти инструменты, которые позволяют выявлять кризисные семьи и эффективно работать с ними ДО возникновения патовых ситуаций. Семья – вот что главное. Опека, по сути, вообще не нужна. Вместо неё должны быть органы по защите и помощи семье.

Большинство экспертов согласны с подобным радикальным подходом: эксперимент с опекой явно затянулся. Как говорится, от осинки не родятся апельсинки. Меня поразила фраза известного девиантолога Гелены Ивановой, когда мы беседовали о травмах детей, жестоко забираемых из семьи: «Даже алкоголичка может быть хорошей матерью, любая проститутка, воровка. Если только ей удаётся комбинировать своё плохое поведение с исполнением родительских обязанностей».

И детский горшок, пахнущий мочой, та алкоголичка все равно вымоет. Будьте уверены. Пусть своими слезами, но – дочиста.

Григорий Дудник
Регион: Россия

Комментарии:

comments powered by Disqus